Каким был Оленинский район 30 лет назад, каким стал сегодня, и каким будет завтра. Об этом – наш разговор с Олегом Дубовым накануне 30-летия его работы в должности главы нашей территории.

С чего мы начали

– Олег Игоревич, каким Вы увидели Оленино, когда первый раз сюда приехали?

– Начну с того, что, когда я был направлен сюда Владимиром Игнатьевичем Платовым, это место, конечно, не готовилось именно под меня. Мне тогда предложили на выбор три территории, в том числе и Оленинский район, где на тот момент губернатор уже принял решение поменять глав в связи с той обстановкой, которая здесь сложилась. И я выбрал Оленинский район из этих трех территорий.

Самое первое впечатление об Оленино у меня сложилось, когда я впервые приехал сюда еще как работник администрации Тверской области по рабочим вопросам. Тогда я побывал в редакции и типографии, которая находилась за линией. Был теплый март, и у меня машина застряла на улице Промышленной. Естественно, её пришлось выталкивать. Это было первое яркое впечатление об Оленино, как и деревянные «тротуары» по всему центру, которые я вообще увидел первый раз в жизни.

Второй яркий момент связан был уже позже с благоустройством. Когда я, только что назначенный главой администрации, шёл из гостиницы на работу и переходил через нынешний старый парк (тогда это был просто пустырь), то увидел, как один уважаемый человек, к сожалению уже покойный, пасет там коз. Я спросил: «А почему вы здесь коз пасёте?». А он отвечает: «А я всегда их здесь пасу». Это тоже очень запомнилось!

И очень яркие впечатления появились, когда мы первый год начали готовиться к отопительному сезону. Тогда я впервые узнал, что такое «квартирные котелки». И впервые увидел сложенные печи в квартирах с центральным отоплением – то есть, топили так, что людям пришлось в благоустроенных квартирах печи складывать. Позже я несколько лет сам жил в квартире с центральным отоплением и печью. Это многое говорило о том, как в то время была устроена работа ЖКХ. Ситуация была тяжёлая, всё находилось в довольно печальном состоянии. Нас, конечно, и сейчас ругают за те или иные проблемы в работе ЖКХ. Например, кочегары как пили, так и пьют – других просто нет. Но такая острая и постоянная в те годы тема, как системное отсутствие топлива, у нас уже давно не существует. А такую дикость, как «квартирные котелки» в 18 домах, мы полностью ликвидировали еще в 2011 году. Или те же прорывы. Они и сейчас нередко бывают. Но они оперативно устраняются, а не по полгода – по году, как это было раньше. Или тема мусора. Все забыли, как раньше два раза в неделю в 7 утра мусор собирался на тракторе (единственном на весь поселок), из-за чего свалки были в каждом дворе. Мы уже давно привыкли к контейнерам, но они впервые появились в Оленино только с начала 2000-х годов, а на селе – еще позднее.

Если говорить о социальной сфере, то самым крупным объектом в Оленинском округе была и остаётся Оленинская средняя школа. Мой первый рабочий день как раз пришёлся на последний звонок. 22 мая меня назначили главой администрации, 23-го я уволился с предыдущей работы, а 24-го был уже фактически мой первый рабочий день. Я пришёл на последний звонок, и В.Н. Головур провел меня по школе. В некоторых окнах вместо стекол ещё стояла фанера. Таких окон было немного, но они были! Я был в шоке!

Если сравнивать с тем, что было раньше, то нужно понимать: мне район достался в очень тяжёлом состоянии. И даже многие негативные моменты в экономике, продолжавшиеся в первые годы моей работы, были последствиями предыдущих лет – прежде всего приватизации, происходившей до меня с 1992 по 1995 год в очень радикальном и непродуманном варианте. Последним был приватизирован леспромхоз в декабре 1995 года. Предприятия, при переходе в частные руки, просто оказались нежизнеспособными в условиях рынка. Некоторые закрылись еще до моего прихода в район – например, швейная фабрика, торфопредприятия, ПМК «Мелиорация». Справедливости ради, замечу, что предприятия, связанные с торфом, мелиорацией, переработкой льна, к 2000 – 2005 году закрылись везде, а не только у нас. То есть, сама проблема была связана не только с работой прежнего руководства района, но и с самими рыночными реформами. Чуть позже такие же процессы начали происходить и в сельском хозяйстве – тоже по всей Тверской и соседним областям.

– То есть Вам, по сути, досталась бюджетная сфера, и то не в лучшем виде?

– Вообще, именно бюджетной сферой и должна в первую очередь заниматься местная власть на любой территории. Ее состояние 30 лет назад было действительно печальным. И одной из первых задач, которую нужно было решать, стала выплата долгов по зарплате. Я пришёл в конце мая и закрывал остатки февральской зарплаты бюджетникам. Но даже эта очень плохая ситуация не шла ни в какое сравнение с долгами в сельхозпредприятиях и промышленных предприятиях, которые ещё функционировали, – там задолженность доходила до года, а в некоторых хозяйствах – и до полутора лет. В этом, собственно, и заключалась стартовая ситуация.

И, конечно, мы занимались и занимаемся в первую очередь теми вопросами, которыми и должен заниматься муниципалитет. К сожалению, в стране рыночная экономика, которую не я придумал и никогда не поддерживал, но которая фактически отдала всю экономическую сферу в руки бизнеса. Бизнес строится сам, сам вкладывает средства, а дальше предприятие или работает успешно и наращивает прибыль, или закрывается – это уже кому как повезёт. И то, что производственная сфера, в том числе советская, не дожила до моего прихода, было, прежде всего, результатом рыночных «реформ» и приватизации. Причём приватизация в Оленинском районе проводилась так, что это было заметно даже на уровне области – и, к сожалению, не с положительной стороны. К самим «реформам» 1990-х годов я относился и отношусь резко отрицательно. Но это реальность, которая произошла по всей стране, а не только в Оленинском районе.

– В первые годы работы Вам удалось резко улучшить состояние дорог. Как это получилось?

– С самого начала работать было трудно, но нам очень сильно помогала административная поддержка региона и хорошие рабочие отношения с В.И. Платовым. Помощь была существенной. Например, в вопросе асфальтирования посёлка. Молодёжь этого уже не знает, а старшее поколение, наверняка, помнит, что почти все дороги поселка были грунтовыми. Люди приходили на работу в сапогах, а потом снимали их уже на месте. Пример – Пионерская – большой микрорайон, где живут 25% населения поселка, которые до 1998 года вообще не видели асфальт.

Одним из первых крупных результатов стало заметное улучшение дорожной сети. Мы воспользовались юбилеем, столетием посёлка, и по этому поводу было отдельное решение по дорогам. Администрация области и губернатор очень помогли. За один год мы положили больше асфальта, чем было уложено за всю историю посёлка Оленино – это был 1998 год. Тогда асфальт появился на Пионерской, на участках улиц Ленина, Кузьмина, Крестьянская, Промышленная, Горбачева. Затем Чехова, где асфальт когда-то был, но к тому моменту его уже почти не осталось. Заменили и те небольшие участки асфальта, которые все-таки были, но находились в разбитом состоянии. Тогда не существовало сегодняшней программы дорожных работ, это было индивидуальное решение по Оленинскому району.

– Что было самым трудным в первые пять лет работы здесь, в округе?

– Конечно, нужно было выстроить совершенно другую систему управления, чем была раньше. Главным недостатком было то, что тот или иной заместитель главы, то или иное управление находились в «свободном плавании», а первое лицо не вмешивалось и не ставило чётких задач. Каждый работал, как хотел. Я не говорю, что все работали плохо: некоторые люди и в мой период успешно выполняли свои задачи долгое время. Но проблема была именно в системе, в организации работы. Одним из итогов такой системы было то, что административный аппарат работал сам на себя, а не на население округа, и не на решение проблем территории. Повторюсь, что проблема была прежде всего в системе, а не в людях. Система изменилась – большинство людей стали работать по-новому, хотя, конечно, с кем-то и пришлось расстаться.

Всё должно координироваться, всё должно быть в одних руках. Эту работу нужно было выстраивать, и это потребовало времени. Разумеется, самой серьёзной задачей была работа с бюджетом, потому что в это тоже никто особенно не вникал. Отдельная проблема – муниципальное имущество, в которое тоже никто не вникал, а оно при этом массово разбазаривалось. Это и было самое сложное и самое важное в первые годы моей работы.

В тот же период мы полностью взяли в муниципальную собственность всю систему ЖКХ. Это было крайне важно, потому что именно в ЖКХ ситуация была наихудшей. Часть объектов находилась у леспромхоза: жилой фонд он передал району, как и было положено по закону, а котельные оставил у себя. В итоге почти треть бюджета района уходило фактически «в трубу» леспромхоза. В отличие от других предприятий, добровольно передавших нам свои котельные, леспромхоз не собирался этого делать и хотел дальше получать деньги из бюджета. Эта системная проблема существовала до 2002 года, долго решалась и была серьёзным сдерживающим фактором для всего развития района.

Когда мы построили свои котельные и взяли все отопление в руки муниципалитета, то даже несмотря на то, что в отопительный сезон использовался уголь, а не щепа, получилась очень серьёзная экономия бюджетных средств. Мы перестали зависеть от частного бизнеса, и финансовая ситуация округа сразу же резко улучшилась.

Дальше, что касается социальной сферы, у нас была ещё такая проблема, как аварийное состояние ряда школ. На это у меня ушёл весь первый срок работы. Уже во второй срок мы смогли заниматься более содержательными вопросами.

От разрухи –
к строительству

– Как повлиял на развитие района Ваш статус депутата Законодательного Собрания, которым Вы были в 2001-2005 годах?

– Очень большую роль в успешных результатах второй пятилетки сыграло моё избрание депутатом Законодательного Собрания третьего созыва. То есть я совмещал функции главы и депутата, и это многократно расширило возможности, которые были использованы на благо района. Тем более, что я входил в состав комитета по бюджету, а до смены губернатора в 2003 году был еще и руководителем фракции «Единая Россия» (первым в истории областного парламента). Именно в это время были построены Дом культуры, ФОК, Холмецкая школа, баня. Все это – благодаря возможностям, появившимся у меня как у депутата. В это же время мы начали заниматься благоустройством поселка.

И если, например, старый парк и Парк Победы мы посадили бы и без моего нахождения в Заксобрании, то площадь Возрождения и фонтан были обустроены полностью на мои последние депутатские средства.

– Вы сами принимали решение о строительстве этих объектов? Или это было коллективное решение? Советовались ли Вы с аппаратом, или люди обращались?

– Понятно, что идеи возникали не на пустом месте. Я видел проблему, слышал, что люди говорят об этом, но, конечно, решение принимал сам. Если глава начинает слишком много советоваться со своим же аппаратом, ему, по-хорошему, надо писать заявление и переходить на другую работу. Это, кстати, и погубило предыдущего главу: как руководитель хозяйства, как начальник сельскохозяйственного управления он многое сделал хорошего, но как глава – не состоялся, потому что слушал всех и не принимал решений. Это и привело к таким результатам, которых сам он, конечно, не хотел.

В первую очередь надо самому составить мнение. Если я прихожу, к примеру, в старый полуразвалившийся Дом культуры, то не надо быть семи пядей во лбу или устраивать какой-то «консилиум», чтобы понять: с ним нужно что-то делать. Дальше ищем и находим решение.

А вот простых людей слушать надо и вникать в их проблемы. Если у человека решаемый вопрос (а большинство вопросов на самом деле – мелкие и не затратные) – значит, надо его решать. Главное – не затягивать и не накапливать эти проблемы.

– А не страшно было начинать строительство таких объектов? Страна ведь тогда ещё была в нестабильном состоянии, только-только начала понемногу выбираться из 90-х.

– Тут важно понимать: без региональной власти и региональной поддержки и сегодня, и тогда ничего бы не получилось. Дом культуры был построен при очень серьёзной поддержке области. Идея была моя, просьбы – мои, но средства и поддержку мы получили. То же самое можно сказать и про Холмецкую школу, и про баню – если говорить про тот период. И, конечно, депутатский статус тогда мне очень помогал.

В основе нашей работы тогда и сейчас лежит принцип: не должно быть никакого долгостроя. Мне ещё и часть объектов досталась в наследство. Например, дом на Крестьянской, 21. С ним надо было что-то делать в любом случае: либо достраивать, либо сносить. Эти полтора этажа стояли там десять лет до меня и ещё пять лет при мне, пока мы всё-таки не привели объект в порядок. Уже 25 лет там люди живут.

Если говорить о самых первых объектах, то, конечно, это храм. Фундамент уже был, первый камень был заложен до меня, и на этом всё остановилось. Но мы достаточно быстро построили церковь в Оленино. В то время процветала система взаимозачетов, благодаря которой мы обеспечили стройку всеми необходимыми материалами и вместе с отцом Владимиром, тогдашним настоятелем, организовали всю работу. Примерно за год строительство было закончено.

Несколько позже построили храм в Мирном, который стал одним из украшений Оленинской земли. В этом участвовал и я, и другие люди, были и серьёзные вложения со стороны благотворителей. В то время лесом распоряжалась администрация муниципалитета, и его выделяли, причём с запасом, чтобы леспромхоз рассчитывался с нами пиломатериалом, брусом, брёвнами и так далее. Примерно в то же время, что в Мирном, появилась церковь в Молодом Туде, тоже с нашей помощью. Из храмов, которые сейчас функционируют и были восстановлены без моего участия, можно назвать только Татевскую церковь. Там появились благотворители, которым от нас ничего не требовалось, кроме разрешения на проведение работ. Строительство церквей было для меня не менее важно, чем социальных объектов – ведь то наша духовная жизнь, сохранение наших традиций. А значительно позже, в 2019 году, появилась часовня, украсившая въезд в поселок. Проект и иконы подарил нам по моей просьбе депутат Госдумы Сергей Алексеевич Веремеенко. А большую часть строительных работ выполнил за свои средства Гаджи Алиевич Гаджимусаев, который очень активно занимается благотворительной деятельностью в нашем округе.

Кроме того, в тот период строить было проще и дешевле, чем сейчас, потому что законодательство было другим. Тот же ФОК мы построили примерно за полтора миллиона – по тем деньгам и при тех требованиях законодательства это было реально. Сейчас, при нынешних требованиях, такой же объект обошёлся бы в тот период в 5–6 миллионов, а по нынешним ценам – и в 25–30. То есть многие вопросы тогда решались проще.

Сохранили школы – сохранили село

– Был серьёзный вопрос, связанный с оптимизацией школ и учреждений культуры. Вы добились сохранения социальной сферы на селе…

– Да, это ещё один важный момент, который в большей степени относится уже к третьему моему сроку работы, – на уровне региона началась массовая оптимизация социальной сферы села, и сейчас мы видим, к чему это привело. Я рад, что этого не допустили. Если какие-то разовые закрытия и были, то только тогда, когда уже в этой деревне заканчивались дети школьного возраста. Но массовой оптимизации, как у соседей, мы не допустили. Именно поэтому у нас и сейчас больше школ, чем в соседних районах, и больше учреждений культуры, которые, кстати, тоже закрывались в других местах.

Сейчас «оптимизация» признана ошибочной уже на уровне государства. Но понятно, что там, где массово закрывались школы в середине 2000-х годов, их уже никто и никогда не восстановит. И хотел бы остановиться на одном важном моменте. Да, к сожалению, сельское население в последние 40 лет сокращается везде – нет ни одного муниципального округа в Тверской области, где бы оно росло или сохранялось. Но если посмотреть статистику и сравнить темпы этого сокращения, то у нас они намного ниже, чем в среднем по региону, и тем более чем в среднем по западу области. Причем мы стараемся сохранять именно наше, местное население, а не привлекать дачников. И главная причина, сдерживающая отток населения, одна. Мы сохранили рабочие места в бюджетной сфере – а сегодня это самые престижные рабочие места.

Не только у нас, но и вокруг нас, у людей сейчас нет большого желания идти работать механизатором или дояркой. Но за любую работу в бюджетной сфере – будь это школа, детский сад, клуб, библиотека – сельские жители держатся и на нее стремятся. Потому что такая работа – это стабильность для человека, для его жизни и его семьи. Мы эту стабильность людям обеспечили.

Лучшая реформа – незаметная реформа

– Был период, когда никто толком не знал, что делать при принятии 131 Федерального закона, который очень повлиял именно на такие муниципалитеты, как наш. Как Вы справились?

– Действительно, ещё одним провоцирующим фактором для «оптимизации» стал 131-й Федеральный закон о местном самоуправлении, из-за которого началось разделение на районы и поселения, ведь распределение полномочий было очень разным. По сути, нормального бюджета у поселений не было и не появилось, но именно они должны были, без денег, содержать, например, культуру и сферу ЖКХ. Это спровоцировало закрытие клубов и библиотек в одних районах и приватизацию предприятий ЖКХ в других. У нас этих разрушительных процессов не было.

Я считаю, что мы, причем на уровне партийной организации, приняли абсолютно правильное решение: почти все полномочия, записанные за ними в 131-м законе, поселения передали на уровень района. Сельские поселения занимались только тем, чем и должны были заниматься: текущим благоустройством, взаимодействием с жителями.

Именно это потом помогло нам безболезненно перейти от района к муниципальному округу. В районах, где в поселениях было слишком много полномочий, переход проходил значительно тяжелее. У нас же всё прошло очень легко и спокойно: мы вовремя приняли необходимые нормативно-правовые акты, избрали руководство округа, а люди по-прежнему ходят туда же, куда и раньше, со своими вопросами. Изменились вывеска на двери и название должности человека, к которому жители ходили и ходят в тот же «сельсовет». Лучший пример реформы – это когда её почти не заметили! А те улучшения, которые происходят в последние пять лет и которые люди, наоборот, не могут не заметить, – это, в том числе результат создания округа. Оно помогло нам улучшить бюджет и увеличить наше участие в областных программах.

Вообще, смысл перехода к системе муниципальных округов – вернуть ситуацию к состоянию до 2006 года – с единым бюджетом и единой системой управления. Государство поняло прежнюю ошибку с 131-м законом, и государство ее исправило в интересах всего населения.

Регион и округ:
вместе делаем
одно дело

– Как происходит взаимодействие с региональной властью?

– Мы полностью зависим от региональной власти, и будем зависеть дальше. Важно вовремя и грамотно пользоваться возможностями для развития округа, которые предлагает региональная власть. И здесь мы, я считаю, очень неплохо использовали ситуацию, когда начался резкий рост участия в различных программах. Нам помогают, выделяют средства. Но никто не будет думать за нас и работать вместо нас на объектах. Поэтому все предложения, что и когда нужно включить в программы, вся документация по объектам, организация всей работы – это исключительная ответственность главы округа и ничья больше.

Сейчас, конечно, любая стройка обходится в разы дороже, чем 20 лет назад. Другие требования, другое законодательство. Но при этом и программ стало больше, и помощь из регионального бюджета с каждым годом растет – причем это не индивидуальные решения, как было когда-то, а уже системная работа на уровне всего региона. Особенно заметно это стало в период, когда область возглавлял Игорь Михайлович Руденя. И сегодня мы видим, что Виталий Геннадьевич Королев не только сохраняет все хорошее, что было сделано до него, но и развивает эту работу, усиливает поддержку муниципальных округов по многим направлениям. Наша задача – продолжать успешно встраиваться во все областные программы, качественно планировать нашу работу и организованно, своевременно все делать на месте – как мы умеем. В 2021 году, в первый год Оленинского округа, наш бюджет был 470 миллионов, а сегодня – больше миллиарда, и значительная часть этих средств – это именно участие в программах. Вот результат нашей совместной работы с региональной властью! Мы вместе делаем одно дело – работаем на благо населения. Будем и дальше строить, будем и дальше благоустраивать наш округ.

Как раз благодаря этой системной поддержке, мы последние 10 лет ведем масштабный ремонт дорог. За 2017 год мы практически восстановили те дороги, которые были заасфальтированы ещё в 1998 году. С 2018–2019 гг. начали и продолжаем заниматься грунтовыми дорогами, которые раньше вообще никогда не асфальтировались.

Все слышали о местном партийном проекте «Дороги-2030». Мы поставили себе задачу – к 2030 году полностью ликвидировать грунтовые дороги и грунтовые дворы в Оленино и Мирном. Кстати, в Мирном все дороги уже закончили асфальтировать в 2024 году. И в Оленино каждый год по несколько грунтовых улиц покрываются асфальтом. Например, за линией, кроме улицы Чехова и небольшого участка Заводской, раньше не было асфальта вообще. А сейчас с асфальтом и Мира, и Садовая, и Солнечная, и Фрунзе, и Юбилейная, и Механизаторов, и Полевая, и Луговая. Наверное, пять лет назад и сами жители этих улиц не думали, что у них когда-нибудь будет асфальт.

В этом году асфальтируем улицу Лесная и заканчиваем вторую половину Лытницы. На северной стороне закончим асфальтировать улицы Мамкина и Красную (от Крестьянской и до конца). То есть мы очень хорошо движемся в решении этой задачи.

У нас в последние годы появился музей, амбулатория в Мирном, мост через реку Береза, МФЦ, семь новых ФАПов, ТИЦ. Мы проводим масштабное благоустройство, кардинально изменив весь внешний вид поселка. Достаточно вспомнить, что до 2020 года на месте Каштановой рощи была свалка, а еще два года назад на месте Центрального парка стояли ветхие заброшенные строения. Все, что я сейчас назвал, сделано за последние шесть лет.

Если говорить в целом об облике посёлка, то многие годы, хотя и были нормальные жилые и общественные здания, у посёлка не было узнаваемого вида и общественных пространств как таковых. За последние годы все резко изменилось. Появилась Каштановая роща, где много лет была свалка, откуда в 2018 году вывезли тридцать КамАЗов мусора.

Когда начали строить новый музей, появилась красивая площадка, пусть и небольшая, с ротондой. За год удалось сделать Центральный парк – считаю, это очень хороший результат. До этого, если говорить о начале работы, это в основном был 2000 год: два больших субботника к юбилею Победы, посадка берёз в парке и посадка сосен в Парке Победы. И всё! Аллея Героев появилась вообще случайно. Идея была у ветеранов, которые, к сожалению, уже ушли из жизни, – увековечить имена 13 героев рядом с памятником. Мы долго думали, как это лучше сделать.

В это же время съёмочная группа ГТРК «Тверь» снимала сюжет о боях под Молодым Тудом. Там увидели «зубы дракона» и рассказали мне. Мы их вывезли, отмыли и установили на них таблички с именами героев. Получилось, что на Аллее Героев стоят настоящие «зубы дракона» с рубежа обороны, который защищал нашу Родину в годы Великой Отечественной войны.

И очень важно, что у нас на протяжении последних 10–12 лет обеспечивается стопроцентное исполнение всех областных программ, в которые мы попадаем. Это касается и сроков, и денег, и объёмов. Не везде это так. На совещаниях и ВКС по этим вопросам я регулярно присутствую и могу сказать, что кого-то хвалят (нас в том числе), а кого-то – наоборот. Понятно, что, успешно выполняя из года в год все программы, нам гораздо легче решать вопросы по новым объектам нашего округа.

Оленинский округ – территория
«Единой России»

– Какова роль партии в Вашей работе, и насколько «Единая Россия» важна для управления округом?

– Я был делегатом учредительных съездов – сначала «Единства», а потом «Единой России» – то есть непосредственно участвовал в создании партии. Это важный момент моей биографии, которым я горжусь. Я всегда считал и считаю, что фундаментом любой власти должна быть ведущая партия. Те процессы, которые произошли в стране после 1991 года, включая распад Союза, стали прямым результатом крушения руководящей в то время партии. Ее, конечно, надо было реформировать – а вместо этого ее разогнали. Следом посыпалось государство, и началось все то, что мы знаем, как «лихие 90-е». Когда с 2000 года стала создаваться сильная общенациональная партия, я принял в этом активное участие, и продолжаю участвовать сейчас.

Работа «Единой России» в нашем округе – это системная работа. И самое главное в ней – решение наиболее важных проблем округа и его жителей.

Прежде всего, – это партийные проекты, которые определяет партконференция, а мы, как члены партии, направляем основные усилия на их выполнение. Изначально партийные проекты брались по актуальным направлениям, которые были наиболее важны для округа. Со временем они менялись, как и сейчас меняется Народная программа. Например, раньше был партийный проект «Сельский водопровод» – тогда массово приходили в негодность старые сети, прорывы были постоянными. Мы решали эти проблемы, используя бюджетные возможности. Потом появились партийные проекты, связанные со школами, учреждениями культуры, дорогами. Сейчас эти направления существуют уже в составе Народной программы.

Смысл в том, что партийный актив – это единственная структура, которая может дойти до каждого человека, собрать наказы, обобщить проблемы и на уровне политсовета, партийной конференции выработать решения. В основе всегда лежали наказы избирателей. С 2020 года эта работа стала ещё более системной и организованной. Итогом ее стало принятие Народной программы – основополагающего документа всей нашей работы. По сути, Народная программа (как выполненная первая, так и текущая вторая) – это полноценный пятилетний план нашего округа.

В 2020 году мы первыми начали работать по Народной программе. На федеральном уровне она была принята позже, через год. Конечно, название совпало случайно, но для нас это было удобно: ничего переименовывать не пришлось. Народная программа – это уже более высокий и системный уровень работы. Есть чёткий алгоритм: наказы собираются, систематизируются, дорабатываются рабочей группой, проходят партийную конференцию и становятся обязательным документом – в том числе и для главы округа, и для всех должностных лиц, которые являются такими же членами партии, и для которых решение партконференции имеет обязательную силу.

А уже по итогам выборов 2025 года мы завершили создание партийной системы управления округом: однопартийная дума, однопартийная администрация. Кроме того, мы стремимся привлекать в партию как можно больше активных людей, потому что это и база для понимания настроения населения, и резерв для роста кадров. В 2030 году нас ждёт серьёзная смена поколений, и готовить людей к этому нужно уже сейчас – а сделать это можно только через партию.

И еще один важный момент. Иногда нас упрекают, якобы, в «авторитарных» методах управления. Но именно внутри партийной организации «Единой России» мы стараемся всячески поддерживать и расширять демократические нормы. Поэтому, например, праймериз перед местными выборами у нас проходит при реальной конкуренции, а местный Политсовет является реальным местом для дискуссий и для разных точек зрения. Одно дело, когда мы вынуждены сдерживать активность деструктивной оппозиции, чтобы она не пришла к власти, не разворовала территорию. И совсем другое дело – нормы нашей внутрипартийной жизни, когда мы все являемся коллегами по партии, которых объединяют общие идеи. Конечно, внутри наших рядов должно быть больше свободы мнений и больше возможностей для самореализации.

Собственно, все это мы сформулировали уже давно, на июньской партконференции 2008 года. И на этом фундаменте до сих пор развивается вся общественно-политическая жизнь нашего округа.

Газ обязательно
будет!

– Олег Игоревич, за период Вашей деятельности на территории нашего округа очень многое было сделано, но впереди у Вас самая масштабная задача – газификация.

– Да, это отдельная и очень серьезная тема. Начну с вопроса о внутрипоселковых газовых сетях. Я считаю, что решение губернатора строить их опережающими темпами было правильным: сначала разводящие сети, а когда придет магистральный газ – быстрое подключение. Эту работу мы закончили – внутрипоселковые газовые сети уже проложены. Это большой объём работ – порядка 240 миллионов рублей, из которых около 95% – областное финансирование, 5% – наше.

Сейчас задача ещё более масштабная – строительство газовых котельных. Проектная документация в значительной степени готова, часть проектов уже прошла госэкспертизу, контракт с подрядчиком давно заключен, и, насколько я понимаю, в ближайшее время он выйдет на объект. Оборудование уже находится у подрядчика на базе, и котельная собирается, по сути, как конструктор. То есть работы дальше пойдут очень быстро.

Главная проблема – 10-процентное софинансирование из местного бюджета, а это около 45 миллионов рублей. Для нас это серьёзный сдерживающий фактор. Бюджет у нас 1,2 миллиарда, собственные доходы – 190 миллионов, то есть почти четверть бюджета уходит на софинансирование. Пока эти деньги фактически не оплачивались, но, когда начнутся реальные работы, мы будем их платить.

Если бы не такой объем софинансирования, мы бы сейчас жили значительно лучше: 2025 год стал лучшим в истории Оленинского округа по исполнению бюджета. Мы получили 33 миллиона дополнительных доходов, и текущие налоговые доходы тоже увеличились. Но сейчас приходится мобилизовывать ресурсы на главную задачу.

Есть ещё одна проблема, которая от нас не зависит и даже не зависит от областной власти. Когда планировались работы по газовым котельным, предполагалось, что осенью 2026 года к нам придёт магистральный газопровод. Но по сегодняшнему состоянию работ ясно, что осенью 2026 года он точно не придёт. Это объект Газпрома: его подрядчик и его заказчик. Региональная власть, а тем более местная, повлиять на их работу не может.

Значит, нас ждёт ещё одна зима на угольных котельных, ещё один сезон с расходами на уголь и зарплаты кочегаров. Уже сейчас мы вынуждены выделять деньги на ремонт угольных котлов, которые через год будем демонтировать. Все это, конечно, осложняет ситуацию. Но котельные в любом случае будут построены, и газ придёт. Думаю, реальный срок – это весна 2027 года.

Оленинский округ стал таким, каким я хотел его видеть

– О чём Вы ещё мечтаете? Что бы хотели сделать в посёлке, в округе?

– Есть одна мечта, которая, к сожалению, никогда не сбудется – статус города для посёлка Оленино. Этот вопрос в своё время глубоко прорабатывался, но есть непреодолимые препятствия, связанные с федеральным законодательством. Жаль, что это не получится реализовать, хотя сейчас поселок, конечно, похож на небольшой цивилизованный город.

Остальные мечты более реальны. Газ придет. От грунтовых дорог в поселке, надеюсь, тоже избавимся. Мы уже очень много сделали по благоустройству, но площадь Ленина пока остается в прежнем, не очень приглядном виде. Надеюсь, в ближайшие годы и она приобретет современный вид.

И, конечно, уже надо думать о том, чтобы в обозримом будущем передать округ достойному преемнику, который сможет сохранить и приумножить то, что делается сейчас.

– Кого бы Вы отметили из коллег, с кем приходилось работать и кто Вас поддерживал? Вы можете сказать, что Вам повезло с людьми? Потому что, как я считаю, на протяжении тридцати лет у Вас была и есть стабильная команда.

– Стабильная, да. Изменения, конечно, происходили, но они были неизбежны. Долгое время работали вместе со мной, а сейчас находятся на заслуженном отдыхе П.П. Образцов, Н.В. Лучкина, Т.А. Чернякова, Е.Н. Князев, Т.А. Сапунова, С.Н. Штакина, Н.В. Соколова, В.Я. Ершов, М.Н. Рябинин. К сожалению, уже нет с нами С.М. Григорьева, В.П. Богданова, В.А. Карпова, Ю.Г.Кудрявцева, которые очень много сделали для района, в том числе и в мой период… Всех не перечислить. Я глубоко благодарен всем людям, с кем мы работали в течение этих 30 лет. Каждый из них, в разные периоды, внес очень весомый вклад в общие результаты нашей работы.

За такой длительный срок изменения не могут не происходить. Когда я пришёл, мне было 28 лет, а многим из тех, кто работал тогда, было 40-45-50. Понятно, что время идёт: кто-то уходил на заслуженный отдых, кто-то, к сожалению, уже ушёл из жизни.

Смена поколений – естественный процесс. Он и дальше будет продолжаться. Сейчас меняются не только требования к нашей работе, но и само время. Мы, например, слышим о массовом переходе к искусственному интеллекту, к чему мы пока не готовы, но когда-нибудь, конечно, будем готовы. И для этого тоже потребуются другие люди – с другим мышлением, с более современной психологией.

Тем более, я и сам понимаю, что уже больше подвожу итоги, чем строю новые планы. Конечно, мне осталось работать гораздо меньше, чем я уже проработал, – это нормальный естественный ход времени.

– Оленинская земля стала Вам родной?

– В какой-то мере – да. Когда приезжаю в любой населенный пункт, сразу вижу объекты, которые со мной связаны: где-то я что-то построил, где-то вложил серьёзные средства в ремонт, где-то благоустроил территорию. Не говоря уже о поселке Оленино, который в мой период и моими усилиями изменился кардинально. За 30 лет Оленинский округ стал таким, каким я хотел его видеть, и свое место в истории Оленинской земли я уже занял.

Беседовала

Оксана Голубева